Генеральный передел. Как будет проходить большая чистка в Генпрокуратуре

2019-09-27 09:13:24

2615 78

В ближайшее время всех старых прокуроров уволят, а генпрокурор сконцентрирует в своих руках практически неограниченные возможности. Это создаст благодатную почву для выполнения политических заказов новой власти

За последние пять лет работу Генеральной прокуратуры не критиковал только ленивый. И для этого она давала немало поводов: затягивала расследование резонансных дел, препятствовала работе антикоррупционных органов, служила "столом политических заказов" для власти. В то же время реформа органов прокуратуры, задекларированная бывшим руководством ГПУ, провалилась — работать по-новому ведомство не стало, свежими кадрами не пополнилось.

В команде Владимира Зеленского пришли к выводу, что откорректировать и отшлифовать нынешнюю систему прокуратуры нельзя — её необходимо разрушить до основания, после чего наново отстроить. Революционные изменения решили начать со смены вывесок: ГПУ переименовать в Офис прокурора, региональные прокуратуры — в областные, местные — в окружные. Кроме того, в планах на треть сократить численность органов прокуратуры — с 15 тыс. до 10 тыс. человек. Тех, кто останется, переаттестовать, а военную прокуратуру трансформировать.

Все эти и многие другие изменения записаны в новом законе, который Верховная Рада приняла 19 сентября. Генпрокурора Руслана Рябошапку он наделяет широкими полномочиями, предоставляя ему право самостоятельно назначать, увольнять и даже наказывать прокуроров.

Dream Team, или Клуб старых знакомых

Несмотря на то что в органах прокуратуры грядёт масштабное сокращение штатов, новый закон предоставляет генпрокурору возможность обзаводиться неограниченным числом заместителей, тогда как по старому у главы ГПУ их могло быть только четыре.

Но пока у Руслана Рябошапки лишь два зама. Один из них — кадровый прокурор Виталий Касько. Тот самый, который, будучи заместителем генпрокурора Шокина, попал в скандал с приватизацией служебной квартиры, а после неудачной попытки привлечь к ответственности "бриллиантовых прокуроров" покинул ведомство. Касько связывает давнее знакомство не только с Рябошапкой, но и с главой Офиса президента Украины Андреем Богданом, с которым они были одногруппниками во время учёбы во Львовском университете им. Ивана Франко. Несмотря на то что указ о назначении Касько появился ещё 5 сентября, круг его обязанностей общественности до сих пор не представили. Предполагается, что зам будет курировать вопросы реформирования ведомства и борьбы с коррупцией внутри него.

Зато понятным выглядит круг обязанностей другого зама Рябошапки — Виктора Чумака. Его генпрокурор назначил ещё и на должность главного военного прокурора. Чумак — юрист с опытом реформирования органов правопорядка. Был народным депутатом в прошлом созыве ВР, во время президентских выборов примкнул к команде Анатолия Гриценко, накануне второго тура поддержавшего Зеленского.

Ещё одним замгенпрокурора может стать бывший замглавы СБУ Виктор Трепак. Он также участник операции по разоблачению "бриллиантовых прокуроров" и автор громкой истории с "амбарной книгой" Партии регионов, которую передал в НАБУ в обход руководства СБУ.

Кроме того, потенциальным замом Рябошапки называют руководителя прокуратуры АР Крым Гюндуза Мамедова. О его работе в ведомстве позитивно отзываются как национальные эксперты, так и международные.

Скорее всего, должность сохранит Сергей Кизь, назначенный замгенпрокурора в июле 2019 года, когда ГПУ руководил ещё Юрий Луценко. Тогда инициатором его назначения, по информации журналистов телепроекта "Схемы. Коррупция в деталях", был глава ОПУ Андрей Богдан. До того Кизь руководил подразделением, занимавшимся делом о выводе денег из ПриватБанка его предыдущими собственниками накануне национализации финучреждения.

Большая чистка

Из-за изменения структуры прокуратуры в ближайшее время всех её сотрудников предупредят о предстоящем увольнении. Тот, кто захочет, сможет написать заявление по собственному желанию. Не затронет этот процесс лишь работников Специализированной антикоррупционной прокуратуры. Хотя бывший замгенпрокурора Алексей Баганец предполагает, что увольнять будут не административных работников, а именно прокуроров.

Всем, кто захочет остаться, придётся пройти сквозь "сито" переаттестации. Конкурс будет состоять из двух этапов: тестирования, в результате которого проверят знание законодательства, а также собеседования. Вполне возможно, что, как и в истории с судьями, проходившими квалификационное оценивание в ходе судебной реформы, некоторые прокуроры откажутся от "унизительного конкурса", предпочтя уволиться из органов или числиться в резерве в ожидании лучших времён.

По мнению Баганца, предлагаемые изменения открывают дорогу в прокуратуру людям с улицы. "Теперь для работы в центральном аппарате достаточно будет юридического образования, никакой специальной подготовки никто требовать не станет. В результате в ведомство придут нотариусы, юрисконсульты или недавние выпускники юридических факультетов без опыта работы", — говорит он. Настоящие же профессионалы, прогнозирует Баганец, уйдут: "Возможно, реформаторы таким образом стремятся вытеснить настоящих специалистов — ведь те им не нужны, поскольку профессионалов сложно заставить выполнять незаконное решение, а новички будут безропотно это делать".

Впрочем, есть и другой взгляд на ситуацию. Евгений Крапивин, эксперт Реанимационного пакета реформ, считает важным то, что всех кандидатов на должности в прокуратуре впервые проверят на добропорядочность. По его словам, проверка необычайно важна для очистки прокуратуры в будущем. "Её будет проводить НАБУ. Если, к примеру, в интернете есть информация, что какой-то прокурорский работник крышует добычу янтаря, скажем, в Ровненской области, то при отсутствии уголовного производства это не повод не брать его на работу. Но во время конкурса фиксируется его публичное заявление о непричастности к злоупотреблениям. А если в дальнейшем информация о его незаконной деятельности подтверждается, она становится основанием для увольнения. По его прогнозам, в результате массовой переаттестации прокурорский корпус страны сократится не более чем на 10–20%. К тому же реформаторы понимают, что не могут быть излишне строгими: кадровый потенциал в этой сфере ограничен.

Тяжёлое наследие. Новое руководство Генпрокуратуры обещает довести до суда резонансные дела прежних лет

Ликвидация отменяется

Наибольший резонанс вызвали разговоры о ликвидации военной прокуратуры. На её защиту стала армия фейсбучных ботов, мол, преступления, совершённые военными, должны расследовать военные: только они знают специфику. Анатолий Матиос, на то время главный военный прокурор, и вовсе начал пугать общественность тем, что в результате ликвидации возглавляемой им структуры расследование преступлений России против Украины прекратится. Потому предложил не только оставить его ведомство, но усилить в этом направлении всю правовую вертикаль: создать военное следствие и военные суды. "Матиос так активничал потому, что последние годы военная прокуратура занималась не только делами, относящимися к её компетенции, но обслуживала политические и коммерческие интересы самого Матиоса, — уверена Ольга Решетилова, координатор "Медийной инициативы за права человека". — Военная прокуратура брала военно­служащих на крючок — открывала производства, эффективно их не расследовала, но в нужный момент могла ими шантажировать".

Но оказалось, что военную прокуратуру никто и не собирается ликвидировать. На месте нынешней фактически независимой структуры создадут специализированную — наподобие антикоррупционной. Эта структура, которая станет частью Офиса генерального прокурора, будет заниматься преступлениями в сфере нацбезопасности и обороны, в том числе совершёнными военными.

До сих пор проблема состояла в том, что военные прокуроры — это в первую очередь военнослужащие, у них контракт с ВСУ. Чтобы попасть в прокуратуру, они, в отличие от остальных прокуроров ГПУ, не проходили конкурс, их просто откомандировывали в ведомство. Вот и получалось, что по прокурорской линии они независимы, а в армии у них оставались свои руководители, приказы которых они обязаны были выполнять.

Какой будет новая военная прокуратура, сегодня зависит от её нынешнего руководителя Виктора Чумака. Он заявляет, что никто из новой команды не хочет "вляпаться в историю", но не прочь попасть в учебники истории как успешный реформатор. "Система будет сопротивляться Чумаку, ему придётся что-то делать с наследством, оставленным Матиосом, — продолжает Решетилова. — Важно не пойти у неё на поводу. У нас уже есть пример, когда министр внутренних дел Арсен Аваков пришёл реформировать полицию, но быстро стал защищать правоохранителей, к которым у общества были вопросы, и заручился поддержкой кадров времён министра-беглеца Захарченко".

 

Хозяин прокуратуры

"Изменения будем навязывать и внедрять. Где-то огнём и мечом, а где-то мягкой силой убеждения", — обещает Рябошапка. Но на самом деле ему вряд ли понадобится кого-либо и в чём-либо убеждать. Главный аргумент генпрокурора — колоссальный объём полномочий, которым его наделил закон.

Прежде всего это касается подбора людей в новую структуру и контроля над ними. До сих пор всеми кадровыми вопросами в ведомстве, а также привлечением к дисциплинарной ответственности прокуроров занимались Квалификационно-дисциплинарная комиссия и Совет прокуроров, созданные по требованию международных экспертов. Новый закон при­останавливает деятельность этих подразделений, передавая их функции кадровым комиссиям, руководить которыми в ручном режиме будет генпрокурор. "Непонятно, каким образом прокурора можно будет привлечь к дисциплинарной ответственности. Закон предусматривает, что этот вопрос исключительно в компетенции генпрокурора — он по своему усмотрению будет выдавать премии и решать, кто и когда проводит проверки прокуроров, — комментирует Фокусу Владимир Петраковский, прокурор в прошлом, а ныне эксперт организации StateWatch. — Почему так будет происходить и по каким причинам Квалификационно-дисциплинарная комиссия не может работать вместе с Офисом генпрокурора, никто до сих пор не объяснил".

Но и этим дополнительные полномочия генпрокурора не ограничиваются. Он будет определять стратегию развития прокуратуры, структуру и штаты областных и окружных прокуратур, утверждать порядок измерения и регулирования нагрузки на прокуроров, а также систему оценки качества их работы. В ведении генпрокурора также будет создание специализированных прокуратур в структуре Офиса генпрокурора и многие другие вопросы.

Судя по всему, в результате реформы генеральный прокурор станет куда более важной политической фигурой, чем это было в последние несколько лет. Многих это всесилие настораживает. Ведь им можно воспользоваться как для того, чтобы осуществить в ведомстве быструю и эффективную перестройку, так и для выполнения политических задач новой властной команды. Да, большинство экспертов пока положительно оценивают первые шаги нового генпрокурора, но отмечают, что заявленные сроки реформы (инициаторы обещают уложиться в два года) скоро продемонстрируют, не противоречат ли реальные действия задекларированным намерениям. Первым маркером, по которому можно будет судить об успешности проделанной работы, эксперты называют появление приговоров в делах Майдана. О них общество уже вскоре спросит с нового генерального прокурора.

Loading...